Четыре танкиста и Шольц

Мнительность Германии с поставками "Леопардов" как призрак проблем НАТО во второй половине 2023

Два disclaimer. Первый — классический: все ниженаписанное это не инвестиционный совет, а частное мнение. Второй — текст ниже содержит зашкаливающее количество зрады, просьба увести детей от экранов и не читать дальше, если вы чувствительны к такому контенту. Над

Начало

Одна из главных саг января этого года — это поставки немецких танков Leopard на фронт в Украину. На фоне решения стран НАТО нарастить помощь Киеву, в преддверье нового витка войны, большинство с нетерпением ждет решения немцев о начале поставок MBT (main battlefield tanks) и очень сильно злится из-за задержки. Давление на кабинет Шольца оказывается, казалось бы, космическое, открытое раздражение выражают как члены немецкого правительства, так и международные партнеры. Тем не менее, немцы продолжают гнуть свою линию и отмалчиваться от этой темы, намекая, что они могут согласиться на поставку танков, но те прибудут в ряды ВСУ только в 2024 году. 

Что происходит? У меня нет точного ответа на этот вопрос, но подобно своему первому тексту про Герасимова и российские элиты, попробую описать состояние уже немецко-западной системы и из этого состояния погадать на кофейной гуще о возможных причинах таких решений. Текст будет написан в стиле “адвоката дьявола” и будет немного опираться на идеи с мысли “The End of NATO”, который почти никто не понял и его надо немного расширить и дополнить. 

Чтобы собрать картинку воедино, давайте рассмотрим её с разных слоев: 

Слой первый. Внутренний немецкий. 

К счастью, или к сожалению, но большинство союзников Украины в этой войне — демократические страны, где правят демократически избранные политики, опирающиеся на демократические рейтинги и мнения людей.  

В 2021 году в Германии состоялись выборы в Бундестаг, по итогам которых была сформирована новая для немецкой элиты коалиция: Социал-демократическая партия (СПД), которая набрала 25%, “зеленые”, которые набрали почти 15% и “Свободная демократическая партия” с еще около 11.5%. Христианский демократический союз — партия Меркель (а до нее — Шредера) набрала 19%.  

Потом началась война, многие начали говорить о том, насколько ошибочной была политика Меркель, как она заблуждалась насчет путина, как сильно поставили Германию в зависимость от российского газа и все такое. Казалось, с такой риторикой и осуждением, с такой войной в Украине шансы этой партии должны быть похоронены раз и навсегда? 

Но это не так. 

Согласно последним соц. опросам из Германии, ХДС на сейчас имеет рейтинг в 27% (то есть, +8%), СДП — 19% (-6%), “Зеленые” — 18% (+4%), “Свободные” (у них тоже аббревиатура СДП, приходится выкручиваться) — 7% (-4%), АФД (которые, те самые нацики за Гитлера) — 14% (+4%). Вот такие вот пироги. Партия Меркель снова на коне и доминирует опросы. Немцы снова хотят видеть их у власти.  

Легко заметить и растущую поляризацию немецкого общества. Прибавили как “Зеленые”, которых традиционно считают радикальными левыми, так и радикально правые АФД. А вот более нейтральные представители правящей коалиции (СДП в квадрате которые) суммарно утратили почти 10% рейтинга. Конечно, до следующих выборов еще только 2 года, и можно было бы отмахнуться от этих опросов, но, увы, политики так не умеют. Такая конфигурация партий имеет очень много тяжелых и неприятных последствий.  

Первое, это то, что если не случится какого-то чуда, то следующий немецкий премьер будет снова из партии Меркель, к которой есть много вопросов о степени влияния РФ на оную. Второе это то, что СДП, если хочет занимать посты и остаться у власти, скорей всего будет вступать в коалицию снова с ХДС (как уже было раньше, например Шольц из СДП был министром финансов при Меркель), а не с “Зелеными” и “ФДП”. Это влияет на элиту СДП, которая начинает больше афилировать себя с умеренной и сдержанной риторикой ХДС, и не очень поддерживают агрессивные взгляды “Зеленых”. Третье, это поляризация немецкого политического спектра. Растущие как на дрожжах АФД (когда-то маргинальные маргиналы уже имеют 14% рейтинг, это чудовищно много как для страны, которая клянется, что поняла уроки прошлого) добавляют давления на немецких политиков, которые не хотят давать им шанс расти дальше. "Зеленые” же, хоть и являются главными “ястребами” немецкого политического истеблишмента, недовольны тем, что ради поддержки Украины приходится не отказываться от АЭС (по загадочной причине, объект личной ненависти немецких “зеленых”), переводить заводы на тяжелый мазут и расконсервировать угольные шахты (все же видели как Грету уводят под ручки как раз с такой стройки)

Первые ростки растущей нестабильности внутри Германии мы уже видим. Увольнения и скандалы госслужащих, теракты на объектах государственной инфраструктуры, история с планируемым “госпереворотом”, отставка немецкого министра обороны.  

Рост популярности у АФД и ХДС мы видим и в соц. опросах касательно поддержки Украины – они, к сожалению, неутешительны. Только 42% немцев выступают за долгосрочную поддержку Украины, и 39% выступают за переговоры и уступки России ради прекращения войны. Только 33% немцев выступают за поставки “Леопардов” в Украину, в то время как 45% — “против”. И если с “левыми” и “правыми” все ясно (ХДС и АФД за Россию, “Зеленые” и “Свободные” за Украину), то вот партия Шольца буквально расколота надвое. По обеим вопросам (танки и общая поддержка Украины) эта партия показывает полный паритет (где-то 45% на 45%). Эти данные пересекаются с опросом в конце ноября, где большинство немцев заявило, что Германия или сделала уже достаточно (33%) или слишком много (17%) в вопросе поддержки Украины. Снижается и общий уровень поддержки украинских беженцев — снова актуальный вопрос в свете возможного нового наступления с севера. 

Проще говоря, растущее количество немцев, которые уже обладают демократическим большинством, выступают против поставок танков в Украину, даже среди правящей партии текущего канцлера. Количество желающих договорится с Россией фактически уравнялось с теми, кто выступает за поддержку Украины, и тренд тут увы не на нашей стороне. Пару дней назад в Дрездене состоялся полноценный марш “За мир с Россией”, полный антиукраинских лозунгов.  

У этой секции нет никаких выводов, но это важный момент для понимания ситуации. Безусловно, и я согласен с этой точкой зрения, public opinions это двусторонний процесс. Немецкие политики могут на него влиять, проводя более ясную политику и объясняя своим избирателям почему необходимо поддерживать Украину. Без сомнений Германия именно тут делает слишком мало. Немецкие политики просто плывут на волнах российской пропаганды и не особо стремятся четко артикулировать свою позицию и её логику. Это то, что хотелось бы увидеть от Шольца, но вероятно мы не увидим никогда. Потому просто важно понимать реалии внутри Германии на эту тему (и что увы не только Германией едины в этом вопросе, похожие тенденции намечаются во многих странах Европы). 

Слой второй. Технический 

Если верить сайту Oryx, то на сейчас, за время войны, Украина потеряла около 450 танков. Это только, как говорится, подтвержденные утраты. Те, которые были достоверно задокументированы. Важно помнить, что ВСУ не будут сами фотографировать свои утраты и выкладывать их в сеть. Большая часть материала это или то, что ВС РФ снимали на оккупированных территориях, или редкие видео с дронов ВС РФ. В условиях, когда за последние 5 месяцев РФ (не считая Соледара) не продвинулась никуда, мы не можем узнать точные потери ВСУ и оценить сколько танков было утрачено на минах, на “шальном” артиллерийском огне, или от удара из закрытой позиции.  

Таким образом, довольно “грубо” можно прикинуть, что ВСУ потеряли в целом где-то около 600 MBT за 10 месяцев войны. То есть, где-то 2 в день.  

Сколько же “Леопардов” есть у Германии и Европы? Давайте считать только более-менее “реальные” варианты откуда можно ждать помощи (то есть, исключая Венгрию, Турцию, Швейцарию, Австрию). Дания — 44 танка (тут и далее данные взяты из отчета Military Balance по состоянию на конец 2021), Финляндия — 100 “в основе” + 100 “на хранении” (если вам интересно откуда у финнов столько танков — Нидерланды отдали им все свои запасы в 2011 лол), Германия — 284, Норвегия — 36+16, Польша — 231, Португалия — 37, Швеция — 120, Испания — 327. 

С большой натяжкой в список возможных доноров танков можно записать Грецию, у которой есть около 500 старых “первых” Леопардов и 380 “вторых”. В условиях накалившейся обстановки с Турцией греки не будут отдавать ничего за просто так и потребуют замены любой поставке в Украину.  

Итого, получаем, с добавкой сюда британских “Челленджеров”, всего 1500 танков теоретически доступных для выдачи Украине. Кажется, много, да? 

Есть несколько нюансов. Первый — мы не знаем реальной степени готовности большинства из них. В свое время в сети широко цитировался внутренний документ Германии, согласно которому только половина немецких “Леопардов” пригодна к службе, большинство же требуют капитального ремонта перед тем, как хотя бы поехать. Вероятней всего, именно о них говорят сейчас в Германии как “будут готовы к 2024”.  

Второй — эти танки стоят на боевом дежурстве в условиях войны в Украине, и ни одна из стран не спешит снижать собственную боеготовность в ущерб Украине. Если мы посмотрим на все поставки в Украину до этого, то заметим, что большая часть вооружения (не считая бешеных поляков) была как раз-таки из запасов. Если мы возьмем общее количество доступной номенклатуры (например САУ М109, М777, Химарсы, САУ PhZ2000, и тд) и посмотрим на количество переданных во ВСУ, то легко выведем формулу: Украине в общем поставляют не более 15–20% от текущих цифр. Этот тот объем, который страны НАТО допускают поставить в Украину без снижения собственной эффективности и обороноспособности. 

Применив эту же формулу для танков, получим что НАТО готовы поставить не более 300 "Леопардов”, большая часть которых требует предварительного ремонта и обслуживания с хранения. Риторический вопрос: способны ли 300 танков кардинально изменить ситуацию на фронте, например на горизонте в 9 месяцев следующего года, когда за предыдущие 9 было утрачено в 2 раза больше?

Это рождает первый технический вопрос в умах немцев: а есть ли смысл начинать эту затею, если “Леопарды” все равно не станут основными танками для ВСУ?

До поры до времени относительно малых поставок из запада не было заметно, потому что у ВСУ были свои запасы вооружения, плюс работал “российский ленд-лиз”. Но после освобождения Херсона “ленд-лиз” ВС РФ сбавил обороты, а общий темп потерь ВСУ начал превышать пополнения запасов. Под потерями имеется в виду не только прямое огневое поражение боевой техники. При всех сравнениях с ПМВ, интенсивность боев в Украине куда ближе к ВМВ. Огромное количество бронетехники каждый день выпускает безумное количество боекомплекта друг в друга. В таких условиях техника, чаще всего старая и советская, изнашивается и ломается. Танки и БМП, которым по 40–50 лет не были готовы 10 месяцев подряд работать на износ. Не была готова и техника НАТО. Думаю, уже каждый слышал эти истории, что буквально все “Цезари” и “САУ 2000” побывали хоть раз в ремонтном депо за несколько месяцев войны — настолько высокоинтенсивный огонь ведется с обеих сторон.

Всего за несколько дней Украина выпускает столько же снарядов, сколько Германия может произвести только за год — это реалии этой войны, и в таких реалиях потери в технике возрастают по целому ряду факторов (износ, неправильная эксплуатация, попадание “Ланцетом” и тд). Не облегчает задачи и возможный северный фронт, сковывающий ВСУ и заставляющий держать определенное количество ресурсов на этом направлении. Эти реалии начинают все четче и четче проступать из-под тумана войны. Фактически, на сейчас речь идет уже не только о том, чтобы нарастить военную мощь ВСУ, как часто о том, чтобы просто компенсировать её утраты.  

Жестокая же правда здесь состоит в том, что ВПК стран НАТО не был готов к такой войне, и не готовился к ней даже после 2022. Большая часть стран НАТО годами после окончания Холодной Войны уничтожала свой ВПК. Закрывала производственные мощности, уменьшала армию, уничтожала технику, теряла навыки и память. Когда-то еще прошлой весной мне попалось на глаза интервью одного американского “нефтяника” с Техаса. Дедушка старой закалки, отдавший почти 50 лет работе на буровых, стоявший у истоков СПГ революции, в общем прожженный матерый “своими руками нефть нюхавший” мужик. Тема была возможности ренессанса СПГ промышленности США в условиях новой войны от России. Главная же мысль этого дедушки была проста: нет, СПГ не возродится даже если нефть скакнет под 200 долларов за баррель. Просто, потому что некому передавать знания, почти все уже на пенсиях, отрасль стремительно деградирует.

БОльшая часть “настоящих” уникальных знаний, которые определяют лучших от остальных, не хранится в книгах – она хранится в культуре и передается из уст в уста. Эти знания не добываются на скамье университета, а получаются многолетним путем работы “в поле”, методом проб и ошибок. Когда ты 50 лет добываешь нефть, ты становишься уникальным кладезем знаний, которые просто нигде больше не существуют кроме как в твоей голове. Когда ты 50 лет производишь ракеты и снаряды, то ты знаешь про эту отрасль больше, чем знает любой чиновник из Минобороны.  

А когда предприятие закрывают, тебя выгоняя на улицу, знания утрачиваются. Навсегда. 

Именно потому в 1944-м году США могли производить 1 самолет в 6 минут, а сейчас Германия способна произвести 100 танков за 5 лет, и 100 САУ за 3 года. Дело не столько в финансировании, как в банальной утрате важнейших знаний о том, как правильно организовать весь процесс производства оружия достаточно эффективно.  

Хуже всего то, что НАТО пока что не начало работать в сторону возрождения этих знаний. Если мы проанализируем военные бюджеты стран на 2023, то хоть мы и видим увеличение расходов, но этого увеличения не хватит чтобы “раскрутить маховик ВПК”. Страны не закладывают бюджеты на то, чтобы многократно нарастить свои производственные мощности. Нет программ радикального расширения и модернизации производственных линий. Нет программ, которые бы позволили Германии выпускать не 100 танков за 5 лет, а 100 танков за 3 месяца. Все эти косметические улучшения типа “мы поднимем расходы на 10% и создадим 3 млн снарядов за пару лет” не сопоставимы с реальными темпами войны и потребностями ВСУ. 

Таким образом, вывод довольно прост: европейские страны НАТО начинают упираться в лимит своих запасов. Темпы войны, потерь, и восстановления оных не сопоставимы. ВСУ находятся на пороге момента, когда их боевая мощь будет снижаться, и европейцам из НАТО придется решать: или передавать оружие с боевого дежурства, снижая собственную обороноспособность, или же отказываться от поддержки Украины. 

Слой третий. Философский. 

Почему же тогда НАТО не начало наращивать свой ВПК уже сейчас? Чего они ждут?  

Здесь раскрывается третий слой этой войны: среди стран НАТО до сих пор нет единого понимания и согласования о том, что такое победа, как она должна выглядеть, какой должна быть послевоенная Россия, нет согласованности в вопросе философии победы. Про эту тему, вероятно, я таки допишу свой следующий текст (там целый ворох разобранных мыслей и черновиков, которые надо как-то причесать в одну кучу), но если по касательной затронуть его здесь, то важно будет следующее: 

В 2022 НАТО, только не смейтесь, все еще верили в рациональность путина. Их план победы был и остается един: нанести РФ потери, от которых РФ откажется воевать дальше. “Putin is a rational actor” — эти слова Байдена фактически стали лозунгом НАТО в 2022. Те верили, что “вот сейчас ВСУ нанесут еще одно болезненное поражение, и путин поймет свою стратегическую ошибку, остановив войну”. Если вы заметили, то про это говорят все чиновники и политики стран НАТО. “Путин допустил стратегический просчет”, “стратегическую ошибку”, “мы будем в будущем измерять стратегические ошибки мерилом имени путина” и весь остальной копиум, скрывающий суть — РФ исторически крайне не чувствительна к потерям и почти не руководствуется логикой во время войны. На все эти потери и разгромленные части, на все санкции, на утраченные десятилетия, на изоляцию и изгнание путин ответил очень понятно для тех, кто изучал историю РФ: начал мобилизацию. Если у нас много потерь, то мы понесем еще больше потерь и вы от страха разбежитесь — таков лозунг путинской России.  

Европейские и американские политики долгое время считали современный российский истеблишмент “своими”. Рациональными, расчетливыми дельцами, адептами realpolitik, которые действуют в рамках своей криминальной выгоды и не стремятся к уничтожению своих доходов и благополучия. Любой политик знает, что за 2022 ему бы никогда в жизни больше не светил никакой пост в родной стране. Полный провал газового шантажа, коллапс бюджета, провал оценки влияния price cap на нефть, тотальная изоляция, техногенная деградация, бегство капитала, сумасшедшие потери на фронте — трудно сказать, что тут можно назвать успехом в понимании европейских и американских политиков. 

Однако это не остановило путина, а лишь подстегнуло кинуть его в топку войны еще больше ресурсов. Путин не рационален. И не будет рациональным.  

Лично мне кажется, что после сентября-октября, в глубине души это признали уже и Байден, и Шольц и Макрон. Это отражается и в растущем раздражении в интервью и оценках РФ, и в растущей по номенклатуре помощи, и во многом другом. Однако эти политики боятся про это говорить вслух. Возможно, они боятся реакции избирателей, а может быть бояться признаться в этом самим себе. Страшно выйти и сказать самому себе: путин не остановится даже после еще сотен тысяч убитых.  

Потому что в момент такого вопроса ты сразу поймешь, что твоя текущая стратегия не работает.  

Когда мы говорили про возможное наступление Украины и передачу “Бредли” как анонс к ним, то говорили и про план запада, который не меняется с марта 2022: нанести РФ болезненное поражение, которое вынудит путина сесть за стол переговоров и уступить. Запад продолжает верить в рациональность путина. В рациональность политика, который увидит цифры потерь или увидит новый бюджет и свернет удочки. Но можем ли мы всерьез на это рассчитывать? Можем ли мы всерьез на 100% полагаться на такой исход? А что, если нет? А что, если на новое поражение российское руководство отреагирует мобилизацией новых сотен тысяч людей? 

На сейчас НАТО находится в глубоком тупике внутри себя. Оно не планировало воевать по-настоящему. Полноценная война на истощение требует повторения того, что делало США во времена ВМВ: многократное увеличение бюджета, разворачивание огромных производственных мощностей, привлечение сотен тысяч рабочих рук, с целью выйти на темпы производства, которые позволят обуть и одеть ВСУ в масштабе готовом отбивать миллионные армии РФ. Производить десятки танков в месяц, сотни броне транспортных машин, 150–200 тысяч снарядов, тысячи ракет Химарсов, и многое другое необходимое ВСУ в затяжной “народной” войне на истощение. На сейчас НАТО не планирует этого, все еще надеясь нанести “одно решительное” поражение здесь и сейчас. И поставки Бредли, Мадлеров и возможных Леопардов в Украину это не признак перехода на рельсы тотальной войны на истощение, это очередная попытка “попробуем еще один раз сломить волю путина к сопротивлению”. 

Удивительно знакомые мысли, да? Постараться здесь и сейчас нанести стратегическое поражение, и не затягивать войну … 

В этом контексте замедление поставок танков от Германии это лишь минутка философского раздумья: а что, если не получится? Германия знает, что если начнет поставлять танки Украине, то варианта остановится у нее не будет. Она не сможет на пол пути кинуть Киев умирать. Это как США, которым приходится снимать с кораблей М777 и отправлять в Украину замещать потери на фронте. Учитывая все вышеописанные трудности с производством, немцы справедливо задают себе сами вопрос: а мы готовы к этому? Мы готовы к тому, что возможно будем годами поставлять Леопарды в Украину? Что нам придется наращивать их восстановление, ремонт и производство? Вера в то, что вот эта поставка здесь и сейчас сломит сопротивление РФ конечно же благая, но сколько таких поставок уже было?  

Германия видит, как США уже исчерпали свои запасы Джавелинов и Стингеров (8 лет производства съедены Украиной за 10 месяцев, склады опустели наполовину), видит, как начинают подьедаться GMLRS ракеты, видит, как полякам уже приходится думать про передачу Т-91 на фронт взамен Абрамсов, видит как им приходится в срочном порядке разворачивать ремонтные базы в Польше, чтобы ремонтировать свои САУ и “Гепарды”, видит, как пришлось выкупить завод по производству БК к “Гепардам”, потому что просто нету где взять больше  и задает себе этот вопрос: а мы готовы к этому же с танками?  

Есть и второй незаданный вопрос: хорошо, если наши полумеры не работают, то может быть решится и на все деньги начать ставить в Украину свое оружие с боевого дежурства? И это затрагивает второй аспект “философии победы”: какой должна быть РФ после этой войны? И возможно ли вообще здесь победа пока у РФ такое количество ЯО? Смогут ли страны НАТО и Украина добиться полной стратегической победы, сменой курса внутри РФ и трансформации в дружелюбное государство? Если нет, тогда любой мир будет лишь “Версальским” и неизбежно создаст сильнейшие реваншистские настроения внутри РФ. Это повышает риски столкновения с НАТО в будущем, и, как следствие, вынуждает не передавать свою “боевую” технику на сейчас. В таких условиях внутри Германии очень сильны страхи снова оказаться втянутыми в войну с РФ, немцы не хотят становится легитимной военной целью для Москвы и в это нежелание вкладывают свои “особые отношения с Москвой”. 

Self-fulfilling prophecy: Сдерживание помощи из-за опасений “все равно у Украины не получится стратегически победить здесь и сейчас” вынуждает НАТО ослаблять помощь Украине и таким образом приближает исходное предположение. 

Резюмируя этот третий слой, на сейчас НАТО вслух не проговаривает один страшный, но более чем реальный вариант: а что если за весну и лето ВСУ не удастся достичь полной победы на поле боя, что, если война таки станет затяжной и многолетней? К этому сценарию внутри НАТО не готовятся от слова совсем, в отличии от РФ, что создает опасное окно в конце лета, когда “естественные” потери ВСУ начнут превышать объемы доступных на хранении вооружений, а маховик РФ раскрутится. 

Слой четвертый. Геополитический. 

У всех этих слоев есть один возможный ответ: США. На сейчас эта страна – единственная, кто готова бросить вызов РФ и победить её без условий и необходимости раскручивать свой маховик ВПК. США обладают огромными запасами тяжелого оружия (6 тысяч танков, 3 тысячи “Страйкеров”, 2 с половиной тысяч “Бредли”, как пример), и единственные, кто способны здесь и сейчас вооружить ВСУ так, чтобы те смогли победить РФ. США могут начать поставлять авиацию (единственный реально возможный game changer — 100–150 Ф-16 с полной номенклатурой ракет смогут вынести РФ и дать Украине победу), могут начать поставлять более дальнобойные ракеты.  

Но не делают этого. 

США не спешат давать даже то, что просят “партнеров” поставить в Украину. На сейчас, если смотреть на источники оружия для ВСУ, то США и остальные союзники займут где-то равные ниши. Безусловно, помощь США абсолютно неоценима и именно американские высокоточные системы дали Украине решающее преимущество. Но если брать в % от возможностей, то США сильно отстают даже от Германии, которая буквально-таки истощает свои запасы ради Киева, на фоне Вашингтона, имеющие бездонные запасы тяжелого вооружения. Это не может не раздражать тот же Берлин. “Вы просите нас начать поставлять “Леопарды”, зная что их мало, и что они не станут основными танками для ВСУ, вместо того чтобы начать просто поставлять “Абрамсы”?” недоумевают в Германии.

Предположим, что у отказа США поставлять танки действительно есть валидные причины, например путин обещал США по закрытым каналам, что поставки “Абрамсов” будет означать начало ядерной войны (то, что кстати утверждают путин и Шольцу говорил), и потому США не хотят делать это сами, а просят Германию действовать самостоятельно. Но тут возникает резонный вопрос: если Германия начнет самостоятельные поставки, то будет ли готово США защитить Германию от последствий? Если да, то оно должно быть готово защитить и себя от таких же последствий, а потому не важно, кто первый пересечет “красную линию”. Или же не будет готово? Такой вот логический парадокс. Если ты готов защищать Германию от российского удара в случае поставок “Леопардов”, то должен быть готов защищаться за поставку “Абрамсов” не так ли?

Главное, что про себя поняла Германия за 2022 звучит так: у нас нет армии. Нет БК, нет запасов, нет готовности, нет достаточного количества солдат (2 тысячи рапортов на увольнение “мама я не хочу умирать”). На сейчас, единственная реальная надежда Германии в обороне — это помощь США, чьи военные базы размещены на территории западной Германии. Когда ты так зависишь от своего союзника, ты хочешь быть уверенным, что этот союзник за тебя вступится в случае проблем, но Вашингтон не посылает нужных сигналов. В Берлине очень сильна память о Трампе, который буквально хотел закрыть НАТО и отказаться от союзнических обязательств США. Глядя на внутриполитическую ситуацию в США, низкие рейтинги Байдена, скандалы с документами, и трезво оценивая перспективы 2024 как “ничего не ясно”, немцы не хотят оказаться в уязвимой позиции в 2024, когда они опустошат свои запасы ради Украины, чтобы обнаружить спину США в критический момент. 

Добавляет сложности здесь и общее настроение между Европой и США. Американцев бесят европейские законы по защите частных данных, которые сильно подрезали крылья американскому Биг Тех и уничтожили их прибыли в Европе. Европейцев сильно напрягает протекционизм США и политика America First даже от Байдена. Его недавний проект на 350 млрд долларов в поддержку “зеленой энергетике” фактически создал тепличные условия для американского бизнеса и создал сильный протекционизм и защиту от европейских конкурентов, которые намного лучше развиты в этой области. США пытается закрыть свой огромный рынок от европейских “зеленых” компаний, США пытается перевести к себе все основные производства, США (до этой недели) не спешили давать никаких скидок и поблажек для европейцев в области торговли, энергетики или вооружения. Ни тебе скидок на газ, ни тебе каких-то льготных контрактов на вооружение и восполнение запасов, переданных в Украину.

Также у Берлина есть опасения, что за темой “Германия, поставь Леопарды” на самом деле скрывается желание США заместить немцев в Европе, по классической схеме “вы поставляете Леопарды в Украину, а мы вам даем Абрамсы”, как уже пробуют сделать с Польшей.

В некотором смысле, Вашингтон хочет свести войну в Украину до европейской проблемы, и “умыть руки”. Воодушевленные борьбой в Юго-Восточной Азии против Китая, США желает больше инвестировать в сотрудничество с союзниками в этом регионе, чем воевать с путиным. Их раздражает необходимость откладывать помощь Тайваню, который куда более важный стратегический союзник чем Украина. Во многих аналитических заметках это даже не скрывается: “почему европейцы сидят у нас на шеи? Пусть тоже что-то делают” – возмущаются американцы. Недовольство Европой и невыполнением оной своих обязательств по линии НАТО сохранилось в Белом Доме, несмотря на смену лидера. 

Получается довольно замкнутая ситуация. Европа недовольна США из-за недостаточной “союзнической” помощи, считает, что лидером должны быть именно США, и именно США, должны давать Украине большую часть вооружений, чтобы Европе не пришлось распаковывать свои заводы и ВПК. Европа с настороженностью смотрит на отказ Вашингтона поставлять в Украину действительно значимые военные ништяки, и недовольна торговой политикой США, в то время как последние стремятся использовать эту войну, чтобы “разогреть” Европу, и хоть как-то освободить ресурсы для борьбы с Китаем.  

Все это усиливается отказом Белого Дома поставить хоть 1 “Абрамс” в Киев, который Берлин воспринимает как неготовность нести полную ответственность за возможную реакцию Москвы, и боится самостоятельно идти по этому пути, несмотря на все заверения. “Если вы готовы к эскалации со стороны РФ, то поставьте сами, а если не готовы, то зачем поставлять нам” задаются в Берлине, и видимо даже пример Лондона, как всегда психанувшего и взявшего все в свои руки, не убедил Германию достаточно сильно. 

Все это напоминает мне первый сезон “Наша Раша” и нетленку “Славик чёта я очкую! – Да не очкуй ты, все будет нормально”.

Вместо прогнозов 

Уже скоро состоится очередная встреча на базе Рамштайн, где у всех участников этой катавасии будет возможность в очном формате обсудить эти проблемы. Зная бюрократические сложности, трудности, разногласия, и глядя на соц. опросы, лично мне кажется, что НАТО не сможет прямо сейчас решить этот экзистенциальный вопрос. Скорей всего, танки действительно будут обещаны Украине. Скорей всего, Германия пообещает “не готовые” танки, которые начнет приводить в порядок с прицелом на четвертый квартал 2023, а на время ВСУ получат танки от “коалиции стран” в объеме 100–150 штук суммарно. Однако, главный вопрос “а что дальше” вероятно останется висеть в воздухе. Этого количества не хватит на долго, но НАТО выдаст желаемое за действительное, предпочтет сфокусироваться на весенней кампании, и обеспечении ВСУ здесь и сейчас, надеясь, что весной удастся разгромить ВС РФ и нанести им достаточно силы поражение, склонившие путина к переговорам и уступкам.  

А вот вопрос “что же мы будем делать дальше” останется не заданным до мая, когда и станет ясно насколько этот план удастся реализовать с учетом грядущей мобилизации внутри РФ и возможного повторного наступления с севера. 

TL;DR 

Суммировать все 4 слоя, окутывающих поставки “Леопардов” в Украину можно как-то так:  

Европа оказалась не готова к полноценной войне на истощение. Изначальный план “путин это рациональный актор, который перестанет эту бессмысленную бойню после нескольких тяжелых поражений” провалился, как и не получилось завалить российскую экономику одним выстрелом. В результате война для европейцев приближается к экзистенциальному тупику, когда их запасы доступного вооружения заканчиваются и необходимо или понижать собственную боевую готовность, или же отказывать Украине. В таких условиях любые поставки танков не будут “решающими”, так как очевидно, что конфликт очень быстро съест все текущие доступные запасы, только если Европа не начнет сейчас в стиле Второй Мировой Войны десятикратно увеличивать свои собственные мощности, переводя фактически половину мировой экономики на военные рельсы. 

Для подобной “раскрутки ВПК” нет, во-первых, ни яиц, ни, во-вторых, демократической поддержки большинства, которое дрейфует в сторону усталости от войны и утрата к ней интереса, ни, в-третьих, четкого определения окончания войны, в каком места и на каких условиях она должна закончиться (да и времени тоже нет). В условиях усиливающегося давления от избирателей и слабеющей поддержки Украины, на первое место выходят США, которые по какой-то причине очень ограниченно помогают Украине и не стремятся на полную влезать в эту войну. Очень меркантильная внешняя политика, заядлый протекционизм, а главное — расшатанная внутренняя политика и отсутствие стратегической уверенности в готовности помочь Европе при любой администрации — все это суммарно приводит к тому, что Германия просто боится разрешить эту поставку.  

Немцы чувствуют, что эта поставка будет следующим Рубиконом. Перейдешь его и начнется длинная, тяжелая, возможно даже многолетняя война на полное истощение против России, которая не считается с потерями. Кроме того, повторюсь, они просто боятся, что США их “кинут” и боятся, что в случае прямой эскалации РФ (например, удара ракетами по Польше или даже немецкой базе Рамштайн) США скажут “у нас лапки, это не наши танки вот вы и ебитесь”. Загадочное нежелание США поставить, как Британия, хотя бы с 5-ку “Абрамсов” только усиливает эти опасения. 

На самом деле, похожие процессы мы видим сейчас и в украинском обществе. Этот психологический и моральный переход в режим “тотальной войны на истощение” дается тяжело всем участникам войны. Каждый надеется, что первым спасует не он, а оппонент, и в результате, кажется, не спасует никто. 

Как по мне, в результате, немцы таки формально поставят танки, но только из глубокого резерва. Реальная поставка состоится только через 5–6 месяцев от них, и будет скрыта поставками от Польши, Финляндии и других стран, готовых дать танки уже на сейчас. Вопрос насколько эти 100–150 танков сделают реальной погоды остается открытым.