Убейте всех русских

Теория победы и вопросник "кто ты сегодня по переговорной позиции" для чайников

На календаре середина февраля, а значит сезон публикаций “итоги года войны” начался. Подливает масла в огонь сразу и Мюнхенская конференция по безопасности, куда, неожиданно для многих, позвали Ходорковского; и запланированный road trip китайского “главного дипломата” Ван И, который должен будет встретится с Блинкеном, десятком европейских коллег и посетить Москву; и “послание федеральному собранию” со слухами и вбросами всех мастей; и то ли начавшееся, то ли готовящееся наступление ВС РФ по всему фронту. 

В таких условиях все больше и больше людей задают себе сразу несколько вопросов: Как закончится война? Когда она закончится? Что допустимо, а что нет? Мы видим как одни призывают дать “план Маршалла” России, а другие – развалить страну. Мы видим, как украинские политики рьяно отрицают любую возможность переговоров, и видим как под столом в серьезных изданиях пишут, что “переговоры будут”. В этом тексте я постараюсь кратко собрать воедино эту картинку, показать насколько она сложна, многослойная, и как один и тот же подход совершенно по разному выглядит при смене линз. 

Идеальным итогом для меня станет попытка создать вопросник-классификатор, который поможет читателю в будущем лучше читать новости и сразу понимать, почему тот или иной персонаж говорит о той или иной форме окончания конфликта. Сразу скажу что этот текст это публичная дискуссия, вопросы а не ответы. Тут нет попытки решить что и как будет выглядеть, скорей желание разобраться какие есть плоскости у победы и возможного окончания войны.

О чем эта война?

Говоря про войну и её теоретическое окончание, можно заметить, что расхождения начинаются уже с момента сравнения этой войны с другими. Чисто фактически перед нами лишь ограниченная локальная региональная война между двумя странами, которые, более того, даже формальной войны друг другу не объявили по всем законам дипломатии и статусов. То есть де-юре по уставу ООН это даже не полноценная война, в ней не было никакого “иду на вы”. Несмотря на это политики, аналитики и обыватели, сравнивая эту войну неизбежно приходят к разным аналогиям. 

Кто-то сравнивает её с войной в Корее, и как следствие начинает рассуждать про “корейский сценарий”. Кто-то сравнивает с войной против Японии-1905, войной СССР в Афганистане или войной США во Вьетнаме. Есть мнения что это война Ирана и Ирака. Или Израиля и арабской коалиции. Кто-то сравнивает эту войну с WWI, и конечно есть те, кто начинают искать аналогии с WWII.

Хотя нам кажется, что такой разброс оценок связан с техническими аспектами (используется ли авиация, а какая роль артиллерии, пехоты, и тд), но фундаментально разные люди приходят к разным оценкам по одной простой причине: они по-разному определяют саму сущность этой войны. О чем эта война? В чем её цель и задачи? 

• Есть те, кто отвечают на этот вопрос, что это попытка большой страны провести “маленькую победоносную войну” против небольшого и слабого соседа, чьей целью была консолидация внутреннего рейтинга и попытка скрыть слабые стороны внутренней политики. А потому сравнивает эту войну с например Россия-Япония 1905. 

• Есть те, кто считают, что это “маленькая победоносная война”, но которая уперлась в поддержку широкой коалиции Давида против Голиафа, и сравнивают эту войну с вьетнамской и афганской, где противники США и СССР соответственно активно оснащали защищающихся. 

• А может быть Россия это никакая не супер сила, а обычная диктаторская ублюдочная страна со слабой коррумпированной армией, которая постаралась отжать кусок земли соседа ради экономической и политической выгоды? Добро пожаловать в сравнение с войной Ирака и Ирана.

• Самые радикальные оценки дают те, кто считают что эта война за саму суть мирового порядка. Что целью путина является даже не Украина, а попытка разрушить всю архитектуру европейской безопасности, попытка разрушить НАТО, попытка возродить эпоху доминирования прямой и брутальной силы. 

• В таком случае, если вы считаете что путин это рациональный но “просчитавшийся” политик, который начал эту войну, считая это своим лучшим моментом нанести обезглавливающий удар, пытаясь догнать запад и уравняться с ним, то вы придете к сравнению этой войны с WWI, и возможно даже вспомните про ультиматум к Сербии. Некоторые в этой картинке даже рисуют Россию как агрессивную страну с глобальными претензиями и именно к России, а не Китаю примеряют ловушку Фукидида. 

• Если же вы считаете, что путин это иррациональный поехавший головой маньяк, который хочет все разрушить ради разрушения, устроить геноцид сначала Украины, а потом Европы и жаждет только крови и разрушений, то вы придете к крайнему полюсу оценок сущности этой войны – сравнение к нацистской Германии и WWII. 

Образно говоря, вы можете нарисовать себе в голове прямую линию, где на крайний правый полюс поместить российско-японскую войну, а на крайний левый – WWII. 

Уверен, многим эти рассуждения и попытки классификации кажутся странными. Ну да, были такие войны и что? Проблема здесь в том, что эта война не зкончится (вернее, не закончится успешно) до тех пор пока каждый из её наблюдателей и участников не согласует между собой её сущность. Уже тут есть разлад: даже спустя год разные политики по-разному оценивают эту войну.

Украинские политики и лидеры, несомненно видят её как WWII и призывают мир отреагировать на Россию как на нацистскую Германию. Какие-нибудь французы или немцы в последнее время дрейфуют в сторону оценки WWI. Они все больше понимают, что истинные цели путина это не земли, и не какая-то выгода, а попытка слома всего мирового порядка и радикального улучшения стратегического положения РФ, путем уничтожения стратегической стабильности и мира окружающих. Для них сейчас путинская РФ это скорей большая супердержава, которая попыталась силой сломить мир вокруг.

В США оценки на сейчас скорей усреднены между WWI, и войной Ирака и Ирана (демократы ближе к WWI, республиканцы и особенно консерваторы ближе к второму варианту). Они не видят в РФ реальную супердержаву или сколь-нибудь реального contendor на мировое господство, скорей оценивая это как очередной региональный безумный диктатор захотел денег и славы. 

А вот “нейтральные страны” развивающегося мира типа Индии или Бразилии и вовсе склоняются к аналогиям с Вьетнамом и Афганистаном, считая, что США “заманили в ловушку” путина, спровоцировав его на войну против “слабой страны”, и пытаются через теневую поддержку Украины ослабить РФ, получить в свои руки европейский рынок и решить свои насущные проблемы.

Мнение не всех, безусловно, важно, но без общего согласия хотя бы основных игроков (США, Британия, Германия, Франция, Украина), без консенсуса хотя бы главных стран (причем на всех уровнях, а не так что Милли, Байден и Блинкен каждый на своем уме) мы не увидим четкой стратегии окончания этой войны и единения о том когда и в какой форме надо заканчивать. От ответа на этот вопрос зависит очень многое. Стоит ли война в Украине ядерной войны если мы говорим про регионального диктатора, который просто боится за власть? А если мы говорим про маньяка, вдолбившего себе в голову “священную миссию” уничтожения европейской цивилизации?

Формы победы

Также как есть разные виды и цели войн, с которыми сравнивают войну в Украине, есть и разные формы окончания войны, на которые разные политики и аналитики по разному ссылаются. Важно и то, что выбор baseline не означает автоматический выбор такого же окончания. Если кто-то считает что эта война похожа на войну Ирака и Ирана, то это необязательно означает, что он считает что война в Украине должна закончится также.

Также стоит всегда помнить о фундаментальной вещи: не проиграть не означает победить. Между “избежать поражения” и “победить” лежит пропасть, это не бинарное представление и не бинарный выбор. Украина почти гарантированно “избежит поражения”, но вот её перспективы “победить” покрыты туманом. 

Если сильно упростить, то выделяют следующие основные формы победы:

• Победа в стиле WWI (1). Достигается тогда, когда одна из сторон “иссякает” и рационально приходит к решению, что дальше ей воевать будет “себе же дороже”, и садится за стол переговоров, соглашаясь сдаться на милость врага;

• “Победа” в стиле вьетнамской и афганской войны (2). Визуально кейс схож с WWI: США и СССР соответственно решили, что дальше воевать для них себе дороже, что война is not sustainable, и приняли решение уйти. Отличие тут от WWI в том, что у оппонента не было возможности “не принять” этот мир. То есть, Вьетнам не мог физически сказать “нет, мы не согласны и будем воевать до конца”, США просто ретировались и ушли, уйдя от всей ответственности и каких-либо компенсаций;

• Победа в стиле WWII (3). Достигается путем военного разгрома соперника, оккупации столицы и аннигиляции вражеской государственности. Многие считают, что эта форма победы происходит только тогда, когда проигрывающая сторона нерациональна. Мол, “Гитлер был нерационален” потому все закончилось вот так вот, а Кайзер был рационален потому итог был иным. На самом деле, тут важны обе стороны.
  
  Война с Германией могла закончится еще в 1943, когда часть немецкой элиты вышла на США и СССР с сигналом о готовности остановить войну, но этот сигнал был откинут и было принято решение полностью уничтожить врага. Также, я почти уверен, если вдруг Украина по какой-то причине захочет остановить войну и будет готова идти на мир, то путин вряд ли на это согласится. Скорее он воспримет это как слабость, и постарается усилить нажим. Так что обе стороны определяют форму окончания войны.

Также, в силу того, что между “не проиграть” и “победить” лежит пропасть, которая все углубляется и углубляется, то в последнее время выделяют еще одну, четвертую форму окончания войны:

• Mutually hurting stalemate (4). Это ситуация полного пата, ситуация когда для обеих сторон решение продолжать войну несет лишь только убытки а шансов на победу просто нет. Классической иллюстрацией такого окончания войны считают “корейский сценарий”, когда истощенные стороны просто остановились там где остановились, осознав, что победа невозможна, но рисковать проиграть не хочется.

Между (4) формой окончания и (1) формой окончания (WWI) лежит тонкая грань “политической воли и выдержки тянуть лямку”. Мы понимаем, что вероятней всего, будь одна из сторон в Корейской войне сильно упертей и готовыми нести любые жертвы ради победы, рано или поздно но война бы закончилась в какой-то из первых трех форм (например, США утратили бы интерес к поддержки Южной Кореи, и реализовался бы новый Вьетнам где коммунисты захватили всю страну). Так что с одной стороны готовность или неготовность ради победы пожертвовать всем, включая миллионные жертвы людей и годы войны, определяет (1) от (4). 

С другой стороны, контрмерой тут выступает толерантность к риску поражения. Если в ситуации (4) ты решаешь воевать дальше, ты рискуешь и проиграть, если что. Например в 1982 году Иран предложил Хуссейну мирные переговоры, но Ирак отказался от них, предпочитая воевать до победы, уверенный в оной. Это закончилось остановкой войны в 1988 и стоило Хуссейну еще миллион жизней и разрушенную экономику дома. Впрочем, надо признать что и полного поражения он не получил. Финальный итог войны Ирана и Ирака скорей (2) в нашем списке.

Факторы победы

Помимо формулировки для себя ответа на вопрос “О чем эта война” каждая из сторон пытается для себя найти ответы на следующие вопросы:

Рациональность

Первым фактором является оценка рациональности друг друга. Рационален ли ты сам и рационален ли твой враг? Способен ли он рационально прийти к выводу о том, что эта война не стоит продолжения и начать искать способ её окончания? 

Как мы понимаем, многие на западе оценивают путина рациональным (или хотят в это верить), и потому уповают на сценарий (1) или в крайнем случае (2), в то время как в Украине не верят в рациональность путина, и считают любую попытку оного выдать себя таковым за уловку и оттягивание времени, считая что война способна закончится только (3), полным разгромом РФ и уничтожением РФ как государства.

На что вы готовы ради победы?

На что вы готовы ради выбранной формы победы? К примеру, представим что Украина сможет провести ряд успешных контрнаступлений на юге, но к осени столкнется с необходимостью или искать компромисс, или готовиться к штурму промышленной индустриальной части Донбасса, что потребует дополнительной мобилизации, обучения солдат, получения помощи с запада и еще где-то 6-7 месяцев войны чтобы подготовить и реализовать настолько сложную задачу. 

Аналогичный вопрос (в теории) задают себе и сторонники Украины, и Россия. На что они готовы чтобы добиться своего? Где проходит черта “победа становится слишком дорогой, пирровой победой”.

Что для вас поражение?

Говоря про победу, переговоры и потенциальное окончание войны, необходимо также и найти ответ “что такое поражение”. К примеру, многие западные политики заявляют, что Украина уже победила, так как выстояла и лишила возможности путинскую Россию захватить Киев и уничтожить всю Украину, а потому, мол, ситуация в которой формируется где-то новая граница, и Украина меняет Крым и часть территорий на ЕС и мир будет допустимой. Однако вряд ли с такой трактовкой согласятся в самом Киеве, где воспринимают утрату своих территорий как поражение.

Потому не менее важным вопросом стоит именно определение поражения. Если Украина не сможет выйти на границы 24 февраля это поражение? А если не сможет освободить Крым? А если сможет освободить, но ценой ядерного удара по Киеву, это будет победой или поражением? Стоит ли освобождение земель ядерной войны или ядерного удара? Утрата миллиона мирных жителей будет поражением или допустимой жертвой?

Помимо применения ядерного оружия в этой войне, есть еще один подвид этого вопроса, характерный для Вашингтона: является ли неконтролируемый распад РФ, который приведет к массовой утечке ядерного оружия, химического и биологического оружия, разных психотропных веществ и ядов в руки к разношерстным террористам, преступникам и бандитам, победой или поражением? 

Есть ли у сторон пересечение позиций?

Путин активно делает вид, что любый исход для него, включающий утрату контроля над “Донбассом” и Крымом будет равен поражению. Украина считает что поражением будет допустить мир в котором российские солдаты остаются на территории Украины в границах 1991 (это, кстати, намек, что они готовы рассмотреть демилитаризованный Крым как альтернативу, но это лишь мои догадки), так как такой “мир” приведет лишь к новой войне уже очень скоро. Фактически, на сейчас у сторон нет никакой точки соприкосновения. Минимально допустимое окончание войны находится в зоне “это поражение” у другой стороны и vice versa. 

Есть ли у вас опция добиться полной победы (3)?

Говоря про эту войну, раз за разом возникает тезис о том, что, мол, у Украины нет опций полностью победить. Дело даже не в ресурсах или армии, а в том, что у РФ есть ядерное оружие, и они его готовы применить, если не за Крым, то уж точно за Москву. Потому никаких “танков на Москву” не будет, не будет никаких “украинский флаг реет гордо над Кремлем”. Когда Данилов говорит о том, что Украина стремится к уничтожению РФ как государства, разделению на разные страны и созданию 300 километровой демилитаризованной полосы у своих границ, то очевидно, что на сейчас он выдает свои фантазии за действительное.

Исходя из этого, считается, что по-настоящему закончить войну может только РФ, так как технически, даже полностью выведя свои войска с Украины, Москва может заявить, что “еще ничего не окончено” и продолжать вести ракетные и артиллерийские обстрелы Украины, накапливая силы для нового удара, пользуясь тем, что США и НАТО боятся наносить удары по российскому тылу своим оружием.

Однако все же не до конца точная картинка. В теории и Украина может отказываться от любых переговоров, стремится развивать ракетную программу и искать способы не просто разгромить ВС РФ, но и сжечь все что около границ. Или может стремится затянуть эту войну на 15 лет в надежде что рано или поздно путина убьют, РФ развалится от санкций под внутренним давлением, и Киев сможет диктовать свою волю. Это снова-таки вопрос “готовности к жертвам”, готова ли Украина десятилетиями воевать с риском получить к себе ЯО, чтобы добиться полного истощения РФ и ликвидации оной как государства? Готова ли пойти против воли союзников, которые с вероятностью в 99% будут против?

Каков у вас и у противника темп наращивания сил в мирное и военное время? А каков темп утрат?

Еще одним фактором уравнения, влияющим на оценку формы победы и выбора стратегии в войне и переговорах становится оценка скорости наращивания сил в мирное и военное время. Каждый новый месяц войны делает сильней кого? Украину или Россию? А кто больше теряет (экономически, демографически, тд)? А если представить, что война на паузе, то кто тогда будет победителем? Кто быстрей нарастит свой потенцил и сможет выйти к возможному второму раунду при явном преимуществе?

К примеру, Украина явно считает, что в случае перемирия, время будет не на их стороне. Они не уверены в своих союзниках и опасаются, что Европа не устоит перед соблазном вернуть торговлю с РФ, начать снимать санкции. Это даст путину время и деньги, чтобы успеть восстановить боеспособность своей армии, построить ракеты, самолеты, танки, в то время как Украина не имеет такой возможности, а военная поддержка Европы вероятно закончится с перемирием (раз уж она так туго идет даже во время войны).

Это наводит на мысль, что если США или ЕС всерьез хотят добится мира без полной победы одной из сторон, им надо учитывать этот пункт. Как минимум, было бы правильным составить и опубликовать в public commitment список военной помощи Украине на ближайшие лет 5. Если США и НАТО смогут публично расписать реформы и график перехода Украины на современное оружие, смогут публично пообещать помочь Украине восстановить свою ракетную программу, и определят четко на бумаге критерии снятия санкций, тогда чисто в теории Киев чувствовал бы себя в большей безопасности подписать договор с РФ, не добившись полной военной победы.

Intermezzo

Таким образом, наш опросник продолжает расти и развиваться. Количество вопросов же подходит к 10. Начиная с определения сути войны, и заканчивая оценкой потенциала обеих сторон. На сейчас мы видим, что разные страны и политики дают разные ответы на одни и те же вопросы. К примеру ответы Британии и Франции будут разительно отличаться, начиная с первого пункта. 

Повторюсь, что я не ставлю себе задачу найти ответы на эти вопросы, а лишь стараюсь их прописать, чтобы подчеркнуть источник расхождений. В следующий раз, когда видите мнение условного Макрона или Ллойда на тему окончания войны и переговоров, постарайтесь в голове представить какие ответы они дают на эти вопросы и вся эта катавасия станет понятней.

Что делать с проигравшим/агрессором

Следующим важным вопросом идет вопрос “а что нам делать с Россией”, если мы представляем что в той или иной форме Украина приходит к некой оптимальной для себя победы. В некотором роде этот вопрос встроен в определение победы, но они не связаны напрямую.

К примеру, если некто считает что эта война должна закончится по образцу WWI, и путин должен не просто уйти с Украины, но уйти через переговоры и капитуляцию, то вовсе необзятально, что он решит, что России обязательно навязать “версальский мир”. 

Ответ на вопрос “а что делать” тоже лежит в плоскостях WWI и WWII, как самых ярких примерах современности, с промежуточными вариантами посередине. 

• На одном спектре полюса находится условный “Версальский мир” – всеобъемлющий договор о капитуляции, который накладывает серьезные штрафные санкции на проигравшего. По итогам WWI Германия лишилась части территорий, утратила всю армию, и была обязана выплачивать гигантские репарации и контрибуции.

• На другом конце спектра находится вариант с условным названием “план Маршалла”, в котором предлагается проигравшего не казнить, а помиловать и помочь “встать на путь истинный”. Мол, если мы попытаемся наказать жестоко агрессора, то лишь встанем на путь повторения этой войны, в то время как опыт WWII нас учит, что помощь в восстановлении и реинтеграции проигравшего может помочь навсегда решить конфликт.

Между этими полюсами находятся самые разные варианты. Важно отметить то, что вопрос санкций на самом деле не вписывается “линейно” в эту систему, скорей создавая лишь еще одно дополнительное измерение для нашего multidimensional анализа.

К примеру, возможен вариант в котором РФ получает “план Маршалла” для реинтеграции и реформ, но при этом над ними сохраняются ключевые санкции в области ВПК, чтобы убедиться, что даже соблазна повторить этот маневр у них не будет. И наоборот, возможен вариант в котором РФ просто “выходит” с Украины, отказываясь от компенсации и не неся никакие особые penalties за это, в то время как санкции с нее снимают чтобы торговать дальше. 

Реваншизм

Вопрос “что делать с проигравшим” неизбежно упирается в обсуждение реваншизма. Помимо очевидного и набившего оскомину примера про нацистскую Германию, которую считают прямым “порождением” Версальского мира, на сейчас среди западных аналитиков и профессоров очень распространена точка зрения, что огромная вина в этой войне лежит на западных странах и особенно на США. Если вы подумали “наконец-то они поняли, что зря торговали с путиным”, то нет – все ровно наоборот. Вина в том, что когда развалился СССР, США отнеслись к России как к проигравшей стороне, и никак не постарались интегрировать её к себе в евроатлантическое пространство.

Эта точка зрения на сейчас, можно сказать, считается доминирующей. Во-первых, отмечается, что США никак не позаботилось тем, чтобы помочь России и постсоветскому пространству преодолеть плановую экономику. Никаких всерьез “американских советников” не было предоставлено. В пост-СССР действительно устремились американцы, но по большей части это были третьесортные финансисты и юристы, лузеры у себя дома, которые искали легкой наживы в клондайке развалившегося союза. 

Во-вторых, США не предоставил никакой помощи, плана, пакета реформ. Вашингтон стремился максимально быстро, пока Москва была в руинах, вырвать из орбиты РФ часть Центральной и Восточной Европы, включая Прибалтику, по-быстрому “протащил” их в НАТО, навязав Ельцину договор 1997-го года, и фактически стремился построить стену между своими основными союзниками в Западной Европе и РФ. 

Разговоры про 2014 и ошибки продолжения торговли с РФ были уже сильно позже. А до этого США отнесся к РФ как к проигравшему противника, разогрев внутри РФ обиды, реваншизм, и стремление отыграть все назад. В некотором роде, США получили то, что хотели – настоящего себе противника на сейчас.

Стремление к переменам и капитуляция

Контр-аргументом в разговоре про реваншизм (и неизбежно вытекающее из этого предложение предоставить РФ “План Маршалла”) всегда является отсутствие стремления РФ к изменениям. План Маршалла не может быть просто пачкой денег, которых швыряют в проигравшего “не буянь”. Это комплексная реформа самого естества проигравшего. В случае с Германией и Японией, это включало в себя полное изменение конституции, демилитаризацию, установление военных баз США и очень многие другие пункты, которые полностью изменили эти страны. 

В случае с РФ подобное невозможно или без истинного и глубокого желания страны к таким переменам, или без полной капитуляции (победа номер (3)), которая из-за наличия ЯО невозможна. На деле все понимают, что это невозможно пока путин у власти. И сколько бы Волков или Ходорковский не говорили про “прекрасную Россию будущего” и не очерчивали притязания на получение своего “плана Маршалла”, это все останется разговорами и мечтами пока у власти путин. 

Хотят ли русские войны?

Еще одним вопросом, который неизбежно возникает при подобных обсуждениях о будущем РФ и возможной форме договора с этой страной, является вопрос “хотят ли русские войны?”. На поверхности все упирается в классический холивар “сколько россиян поддерживает войну”, “это война путина или россиян”, “если никто не поддерживает войну, то почему все идут воевать и нет протестов” и тд. 

Однако в своей сущности, на деле, этот вопрос куда глубже. Во-первых, он о том хотят ли русские войны генетически? Этот тезис активно продвигается Украиной и соседами РФ, натерпевшись агрессии от Москвы в своей истории. Мол, русские генетически запрограммированы на войну и ничего другого не умеют, а потому абсолютно бесполезно пытаться что-то с ними сделать, единственный способ взаимодействия с Россией и русскими это полная ликвидация этой страны, лишение любых базовых прав и свобод русских и фактически превращение оных в уйгуров, где Китаем выступит весь мир.

Ответом тут обычно выступает рассуждение о том “почему же тогда прибалты и украинцы не провели ни одного значимого протеста в СССР с 1945 года?”. Получается, что количество и качество пропаганды, контроль над школьным образованием, социокультурная среда, умноженная на количество и качество репрессивного аппарата, имеет свой вес? 

Вторым вопросом является вопрос вины и ответственности за бездействие. Даже если представить, что действительно все дело в пропаганде, репрессивном аппарате и пяти миллионах силовиков всех мастей, поставивших страну под полный контроль, то все равно каждый сделал свой выбор пассивно мирится с этим и “тянуть свою лямку” помогая военной машине путина пассивным согласием и налогами. Где проходит вина и ответственность, сколько, чего и в какой форме должны сделать русские, чтобы “искупить свою вину” и можем ли мы всерьез говорить о каком-то “плане Маршалла” в таком случае? 

Третьим вопросом является отсутствие национальной идеи у Российской Федерации. Она есть у большинства стран мира в той или иной форме, но 22 года путина, атомизации общества и полной культурной деградации государства в каждом аспекте привели к тому, что у страны просто нет никакого “клея”, нет никакой идеи и химии. Частично кроме языка и частично общего бэкграунда, что объединяет условный Татарстан, Сибирь и Калининград?

Как по мне, когда люди ведут бесконечные срачи на тему “хотят ли русские войны”, они на самом деле ходят вокруг этих трех вопросов. Есть ли такое понятие как “генетика” у такого понятия как “народ”, что такое ответственность и вина, и зачем вообще существует Российская Федерация? Разные люди по-разному отвечают для себя на эти вопросы, приходя к разной подводке более широкой дискуссии “что делать с Россией после войны?”

Какой высоты строить забор?

Подвид предыдущего вопроса, но в контексте “если путин выстоит и план Маршалла будет предлагать некому?”. Что делать тогда? Стоит ли исключить всех русских из мира, запретить им путешествовать, аннулировать все визы и загнать в Россию? Или наоборот стоит максимально открыть все ворота и дать максимальному количеству людей покинуть страну, стремясь осушить РФ в вопросе мозгов и денег, подстегивая бегство капитала и людей? Понимаем ли мы, что усложняя доступ русских к эмиграции и выводу капитала, мы повышаем мобилизационный потенциал путинской России у которой будет больше потенциальных солдат и капитала для инвестиций в войну? Или если человек просит принять его только потому что “иначе пойду убивать украинцев” то он не заслуживает никакого снисхождения и должен быть полностью вычеркнутым из жизни?

Народная война?

Один из активных нарративов путинской пропаганды в России на сейчас является утверждение, что страна воюет против всего мира, который стремится уничтожить всю Россию и каждого россиянина. Получается, что когда мы публично озвучиваем стремление “нанести стратегическое поражение” мы как бы помогаем путину с его пропагандой и укрепляем россиян в вере в его правоту? Не лучше ли тогда говорить, что россияне нам не враги и манить их морковкой, не давая шанса путину действительно сделать из этого полноценную народную войну? Или он всегда найдет себе повод сфальсифицировать такие новости и нет смысла стараться сгладить углы? 

На сейчас, множество социальных опросов показывают, что большинство россиян не против окончания войны, но их главный страх состоит в том, что в случае поражения, Россию выебут и высушат, чему активно способствуют тиражируемые российской пропагандой интервью Данилова или Подоляка, призывающие полностью уничтожить Россию. Стоит ли как-то корректировать свою стратегию? К примеру, Украина считает что это бесполезно, и что нет никакого смысла пытаться что-то сделать иначе, а вот Франция долгое время считала иначе и стремилась максимально скрасить ситуацию, активно агитируя, что “мы вам не враги”.

Последствия второго порядка

Если нас чему и должен научить последний год, так это тому, что у каждого действия есть противодействие. Ограничивая Китаю доступ к экспорту полупроводников, ты стимулируешь их активней инвестировать в эту отрасль и не стесняясь проводить хакерские атаки на ASML, чтобы украсть нужное им ПО и интеллектуальную собственность. Вводя санкции против РФ, вы повышаете цены на ресурсы, провоцируете инфляцию, и запихиваете РФ в лапы к Си, который радостно получает в свое владение 40% российской территории. 

За все надо платить, у последствий первого порядка, есть последствия второго. Это не означает, что не надо вводить санкции или стремится наказать РФ за эту жестокую войну. Это лишь означает, что когда политические и финансовые элиты западных стран планируют свои действия, они неизбежно упираются в эту концепцию. В некотором роде она пересекается к обсуждению что такое победа и поражение. Китай, который получил экономическое стратегическое преимущество благодаря доступу к сверх-дешевой российской нефти, пока европейская промышленность только-только отходит от “газового удара”, это победа или поражение? Вводя санкции против ЗВР РФ учитываем ли мы последствия второго порядка, что это подрывает роль доллара и SWIFT в мировой экономике, стимулируя разные страны диверсифицировать свою зависимость от США и искать альтернативные финансовые маршруты?

Финальный вопросник

Таким образом, мы сформировали с вами небольшой вопросник, который формирует точку зрения каждого на тему войны и её возможного исхода. К примеру, Украина последовательно занимает у нас позицию, крайнюю по большинству вопросов: война экзистенциальна и схожа с WWII, воюем с маньяком, он не рационален, а потому единственно возможная форма это полная победа, после которой Россию надо уничтожить как государство, а на россиян и русских надо наплевать. На все возражения о том, что это будет долгая “народная” война Киев заявляет, что ему не важно сколько займет это времени и сколько займет это жертв. Главное – полное уничтожение противника с карты мира, и если для этого потребуется загнать всех русских с Европы, если для этого потребуется чтобы они объявили “народную” войну и мобилизовались вокруг путина – что же, так тому и быть. Позиция Украины очень проста: убейте всех русских.

Очевидно, что другие страны отвечают на этот вопросник по-другому, и это формирует то самое расхождение взглядов. Когда Макрон говорил год назад, что Россия это Европа и открыто помогал русским бежать с РФ, он отвечал на эти вопросы в одном ключе. Когда сейчас Макрон говорит, что Россия должна проиграть и “не время для переговоров”, очевидно, что он поменял свою точку зрения по некоторым вопросам, хоть без сомнений, и не достиг позиции Украины. Когда США сейчас говорят, что война закончится переговорами, их ответы на эти вопросы отличаются от ответом Киева, что формирует трение.

Используя этот вопросник вы можете во-первых сами себе задать эти вопросы и найти для себя ответы, а что для вас является формулой победы и конца войны. А во-вторых вам будет легче ориентироваться в новостях и понимать разницу подходов разных стран и политиков к переговорам с РФ.

Как могут выглядеть реальные переговоры Украины и России

На сейчас, средняя точка зрения западных политиков, аналитиков и экспертов приблизительно такая: 

• Эта война близка к WWI концептуально и по форме, однако по накалу не дотягивает;

• Так как мы не можем полностью победить Россию, перенеся боевые действия на её территорию, то мы можем довольствоваться лишь частичной победой;

• Чтобы этого достичь, нам надо убедить путина в том, что эту войну нельзя выиграть. Впрочем, на сейчас он кажется думает иначе. А потому, наиболее вероятным ответом будет сценарий (4), сценарий переговоров где будет много компромиссов и не будет ощущения полной победы у Украины;

• Мотивация для (4) следующая: путин не очень рационален, победа для него это полное уничтожение Украины, а поражение вероятней всего – утрата Крыма. В это же время невозврат Крыма Украина будет также считать неудачей, то есть вкус победы тут никто не ощутит. Однако в случае паузы, темп восстановления Украины будет выше чем РФ, потому что мы выделим большие средства и будем под эгидой ООН отстраивать Украину, продолжая её перевооружение на стандарты НАТО, так что сценарий (4) нас устроит;

• Из-за этого сценария, путин сможет сохранить власть, а потому вопрос “что делать с проигравшим” не будет стоять на повестке дня. Мы сохраним ключевые санкции и контроль над капиталом, впрочем, ослабив некоторые из них. Нам придется учиться жить с такой новой Россией и ждать момента, когда мы сможем навязать им реформы, иначе попытки их победить, помимо рисков ЯО, несут в себе огромные риски контролируемого распада страны и/или роста реваншизма

• Важно будет ослабить влияние Китая на РФ и подстегнуть российское эго не быть “подстилкой” у Пекина, чтобы не допустить опасного сближения в преддверии новой глобальной Холодной Войны.   

• В этом сценарии большинство верят, что после обмена наступлениями и потенциального освобождения юга Украины, с выходом на границы к Крыму, обе стороны сядут за стол переговоров уже по-настоящему.

Как они могут выглядеть?

В этом нам поможет Джонатан Пауэлл – опытный британский дипломат, которому удалось побывать на всех ключевых британских переговорах новой эпохи. Он принимал участие в переговорах между Британией и Китаем по Гонконгу, был членом британской дипломатической команды в переговорах по объединению Германии (так называемые переговоры 2+4, когда Восточная и Западная Германия договорились об объединении при соучастии СССР, США, Франции и Британии), считается основных архитектором критически важных и успешных Ирландских переговоров, которые привели к “Соглашению Страстной Пятницы” и концу практически столетней войны ИРА за независимость Северной Ирландии. 

Джонатан написал колонку для британского журнала The Prospect, где именно с точки зрения дипломата процессуально описал как это может выглядеть.

1. Джонатан считает, что в какой-то момент времени путин вероятней всего объявит о “достижении целей СВО” и отдаст приказ “прекратить огонь”, даже если на самом деле он будет далек от своих истинных целей. Это вероятно сильно расколет западное единство и вынудит Украину отозваться на призыв, чтобы не утратить единство всеобщей поддержки;

2. Однако он также отмечает, что Киеву будет важно не прекращать огонь, а вести тактику “драться и договариваться”, которую в своей истории облюбовал Израиль;

3. Зеленский очень умно поступил, выкатив свой план мирного урегулирования из 10 пунктов быстрей, чем это сделал путин или кто-то из его союзников. Это выбило козырь “они не хотят говорить” и вынудило путина искать какие-то оправдания в виде “мне не с ними надо говорить”. Однако, также стоит помнить, что в любой теории переговоров самое первое предложение – самое максимальное. Ты обычно включаешь в него все свои хотелки и желания, зная что часть придется уступить, оставляя таким образом место для торга. Так что, не стоит ждать выполнения всех 10 пунктов;

4. Очень важно будет синхронизировать позиции со всеми, убедится что все на одной волне и подготовится заранее к переговорам. Как пример приведены Минские соглашения. Автор раскритиковал Порошенко, напсиав, что Сурков под чистую выиграл Минские переговоры и выжал из Порошенко все соки, потому что последний оказался с ним не готов. Впрочем, тут виновата и Германия с Францией, которые давили на Киев и толкали принять невыгодные условия;

5. Переговоры должны быть только прямым и только Россия против Украины;

6. Несмотря на то, что в прошлый раз Германия и Франция только мешали, Украине будет очень важно заранее договорится о возможности вести консультации с “кругом друзей”, который будет “группой поддержки” ждать за закрытыми дверями. Очень многие переговоры в истории были проиграны потому что одна сторона смогла измотать другую и не дать ей время подумать и проконсультироваться с кем-то еще. Например, автор честно признает, что переговоры по Гонконгу Британия с его участием провалила, что предрешило судьбу острова. Виной тому, пеняет Джонатан, был также и категорический отказ китайцев дать британской делегации возможность связаться с “большой землей” и сверить часы с Тэтчер. Проще говоря, их “сломали”;

7. Неплохим дополнением в переговорах станет нейтральный медиатор, который будет следить, чтобы переговоры не перешли на оскорбления. Например Индия или Турция, желающих хоть пруд пруди;

8. Несмотря на то, что публичные переговоры должны быть между РФ и Украиной, закулисный канал связи США и РФ почти неизбежен. Дело тут не в том, что Вашингтон хочет “слить” Киев, дело в психологии путина. Тот очень хочет быть “супердержавой” и ему очень важно тешить свое ЧСВ прямыми контактами с США. Так что если это будет способствовать миру, то Вашингтон должен согласится на прямое общение с Москвой, но только при условии что США будут максимально честными с Украиной о темах, откажутся давать какие-либо обещания и всегда будут согласовывать свою позицию с Украиной перед тем, как её озвучить (Трамп допустил эту ошибку и наобещал талибам что-то в 2018, не согласовав это с афганскими властями);

9. От членства в НАТО придется отказаться. Банально потому что все понимают, что условная Венгрия, Греция или Турция еще долго не будут давать “добро” на заявку Украину ссылаясь на её войну с РФ. Потому автор считает, что Украина разменяет НАТО на ЕС, отказ РФ от претензий к ЕС и членству Украины в ЕС должен быть первым пунктом;

10. В сентябре 2022 рабочая группа Ермака-Расмуссена (бывший генсек НАТО) после длительного анализа и игр пришла к выводу, что Украине нереально будет получить сколь-нибудь реальные гарантии безопасности. Если НАТО боится сейчас помогать Украине против ослабленной России, то почему они решатся это делать в будущем? Наихудшим вариантом станет новое “Будапештское соглашение” которое не будет никогда выполнено;

11. Потому Украине намного лучше будет строить переговоры вокруг своей армии. Киев обязан включить в список отказ от нейтралитета, и прописать условия при которых пункт “отказ от вступления в НАТО” нивелируется. Также будет важным прописать право на свою армию, совместные военные учения, получение военной помощи, особенно авиации и дальнобойных ракет;

12. По мнению Джонатана, такая конфигурация (Украина с сильной армией образца НАТО и в ЕС) станет достаточно сильным фактором для России больше никогда не повторять свою войну;

13. Украине скорей всего будет невозможным ни получить от РФ извинения, ни получить репарации, ни выдачу военных преступников, по крайней мере, не в этом поколении российской власти. Украинцы сами для себя должны решить, готовы ли они воевать годами ради этого права, или довольствоваться конфискованными российскими активами;

14. Как вообще уговорить путина на отказ от территорий? Все это звучит красиво, но почему путин вообще согласится на это? Тут автор предлагает довольно неожиданный и красивый ход:

15. После двустороннего соглашения Украины и РФ, должен начаться процесс пересмотра всей архитектуры европейской безопасности. Очевидно, что ни ОБСЕ ни Хельсинкский процесс уже не жизнеспособны. Россия смогла без проблем стянуть к границам с Украиной 200 тысяч солдат и начать войну, хотя уже сам процесс стягивания войск запрещен уставом ОБСЕ. Потому нужен новый процесс, новая замена Хельсинки и Риму. 

16. Это может стать репутационной морковкой для путина: добился смены всей европейской безопасности и начал переговоры среди 50 стран о том, как будет выглядеть Европа в ближайшие 50 лет. Эти переговоры должны в себя включить и контроль над вооружением, и контроль над ЯО, и вопрос санкций и многое другое. Подобные переговоры могут спасти Украину и вынудить путина согласится уступить территории;

17. Вопрос Крыма Джонатан тактично опускает, что говорит о том что даже самые опытные дипломаты Европы без понятия как решить этот вопрос невоенным способом;

Вот как-то так.